Русская Группа Бостона Женская Группа Бостона Доска Объявлений
Home | Желтые страницы | Russian TV | Статьи | Журнал | Реклама | Форумы | Обратная связь
Другие

Натан Щаранский

       Пожалуй, нет другого примера расовой ненависти с такой же богатой и смертоносной историей, как антисемитизм. На протяжении тысячелетий антисемитизм поражал множество народов, религий и цивилизаций, неся ужасы преследований своим еврейским жертвам. Тем более удивительно, что до сих пор историки и исследователи так и не пришли к согласию о причинах возникновения, прогресса и жизнестойкости этого жуткого феномена.

       Попытка отыскать единую причину антисемитизма может показаться заранее обреченной на провал - речь идет о массовом историческом явлении, разбросанном во времени, географии, проявлениях и обстоятельствах. Некоторые исследователи именно так и полагали, объявляя каждую вспышку ненависти к евреям "уникальной", отрицая какую-либо связь между еврейскими погромами в римской Александрии, делом Дрейфуса во Франции конца 19 века и Хрустальной ночью 1938 года. Логично предположить, считают они, что каждый такой инцидент стал следствием специфических обстоятельств и взаимоотношений политических, общественных, экономических и религиозных сил того или иного социума того или иного периода. Понятно, что такая теория не признает существования более глубокой, постоянно действующей, детерминистической причины антисемитизма безотносительно к историческим обстоятельствам.

       Компромиссная версия той же самой теории признает наличие "стандартных", повторяющихся моделей антисемитизма, однако ограничивает их во времени. Разграничение проводится между религиозной юдофобией Средневековья и расовой ненавистью наших дней. В результате ответственность за раздувание антисемитских настроений, преследования и погромы евреев со времен императора Константина до прихода Просвещения возлагается на христианскую церковь, а потрясения последних трех столетий рассматриваются как побочный продукт утверждающегося национализма.

       Такая временная классификация имеет свои преимущества - она позволяет исследователям концентрировать внимание на конкретных параметрах исторических обстоятельств. Однако, выигрывая в эффективности объяснения и интерпретации отдельных антисемитских эксцессов, такой анализ проигрывает в полноте и охвате. Кроме того, если каждая "эра антисемитизма" принципиально отличается от предыдущей, чем объяснить неизменную свирепость юдофобии в целом?

       Чувствуя проблему, еще одна группа исследователей попыталась предложить более широкие, над-исторические объяснения антисемитизма. Два наиболее известных варианта - это так называемая теория "козла отпущения", по которой обвинение слабой социальной группы (зачастую - евреев) в проблемах большинства позволяет регулировать напряженность в обществе и "выпустить пар", а также теория "демонизации", по которой евреям была отведена роль "чужака" обществом, стремящимся утвердить свою самоидентификацию через отрицание тех, кто чем-то отличается - этническим происхождением, верой или расой.

       Такой социологический подход лишает антисемитизм уникальных черт еврейского феномена и превращает "самую застарелую форму ненависти" в еще один вариант на общую тему расизма и ксенофобии. Так можно подвести под общий знаменатель избиения евреев Хмельницким, еврейские погромы в царской России - и этнические чистки в Боснии и Руанде. Логическим итогом такого мышления явилось утверждение ряда историков о том, что Катастрофа - это не наиболее эффективная кампания уничтожения евреев, а "самый разрушительный акт расизма в истории человечества".Реагируя на эту тенденцию "универсализма" и "обобщения" еврейских страданий, известный философ ХХ века Ханна Арендт напоминает хорошо знакомую читателю (в несколько измененной форме) немецкую шутку времен Версальского мира:"Антисемит заявил - войну вызвали евреи. Его собеседник ответил - да, евреи и велосипедисты. Почему велосипедисты? - поразился антисемит. А почему евреи? - спросил его собеседник".

       Джордж Оруэлл заметил еще в 1944 году: "Теория "козла отпущения" хотя и выглядит в общем правильной, но не в состоянии объяснить, почему именно евреи, а не другие меньшинства, так часто превращаются в "козлов"; кроме того, она не может объяснить, за какие именно грехи должны эти евреи пострадать"....Критиковать чужие умозаключения несложно. Должен признать, однако, что и мои достижения на почве теории антисемитизма весьма и весьма скромны.

       Тридцать лет тому назад, будучи молодым советским диссидентом, мне пришлось составлять подпольные доклады об антисемитизме в СССР и пересылать их на Запад через иностранных журналистов и западных дипломатов. В то время я искренне верил, что причиной этой социальной болезни является тоталитарная власть, и демократия - ее лекарством. Я полагал, что "свободный мир", усвоивший уроки Катастрофы, был нашим естественным союзником в борьбе за этот идеал, единственной политической силой, вооруженной волей и средствами к борьбе со злом.

       Увы, все оказалось не так просто. Не так давно, после публикации отчета правительственного форума по проблеме антисемитизма, мне пришлось беседовать с послами двух государств, где частота и агрессивность нападений на евреев побила рекорды. Это были послы Франции и Бельгии - двух стабильных демократий в сердце Европы, двух бастионов цивилизации и терпимости. Там, в центре культуры и просвещения, оскверняли еврейские кладбища, били еврейских детей, жгли синагоги...

       Разумеется, сегодняшний европейский антисемитизм существенно отличается от антисемитизма, от которого мы страдали в Советском Союзе. В его основе лежала системная, санкционированная государством дискриминация евреев. В Европе антисемитизм подвергается осуждению и преследованию со стороны властей (хотя и не столь решительному и последовательному, как хотелось бы). Однако эта разница только усугубляет серьезность феномена "демократического антисемитизма". События последних лет не оставили места наивнаой вере в то, что демократическая власть является безупречным средством против активной ненависти к евреям.

       И здесь уже мы ступаем по обломкам другой иллюзии, разбившеймся раньше, но при похожих обстоятельствах. Потрясенный вспышкой животного антисемитизма, свидетелем которой он стал на процессе Дрейфуса, основатель современного сионизма Теодор Герцль пришел к выводу, что основной причиной антисемитизма является ненормальное состояние еврейского народа, лишенного своей государственности. В своей эпохальной книге "Еврейское государство", опубликованной два года спустя, Герцль наметил путь воссоздания такой государственности и предсказал, что массовая эмиграция европейского еврейства положит конец антисемитизму. Хотя его "политическая утопия" оказалась на практике одним из наиболее удачных прогнозов будущего, надежда Герцля на то, что возникновение еврейского государства прекратит антисемитизм, оказалась абсолютно безосновательной. Напротив, сегодня растущее число людей, включая немалое число евреев, убеждены, что антисемитизм закончится только с уничтожением еврейского государства!

       Впервые я столкнулся с этой теорией еще в СССР. Незадолго до, в ходе и сразу после Шестидневной войны, в то самое время, когда мое поколение переживало бурное пробуждение нашего еврейского самосознания, советская пресса была переполнена бешеными нападками на Израиль и сионизм, сопровождавшимися волной официального антисемитизма. Для немалого числа советских евреев, прилагавших титанические усилия для того, чтобы "интегрироваться" в "новую историческую общность - советский народ", Израиль превратился в раздражитель - напоминание об их подлинном статусе в "рабочем раю". Не имея возможности ни жить открыто как евреи, ни стереть клеймо своего еврейства, такой еврей видел Израиль как часть своей проблемы, а не как единственное ее решение. Выражая мнение многих и многих, мой дальний родственник как-то бросил мне: "Если бы твоего Израиля не было, все было бы в порядке".

       Прошли года, и мнение, гласящее, что Израиль является одной из основных причин современного антисемитизма, если не самой главной причиной, стало куда более расхожим (в особенности в последние три года). Друзья и противники твердят нам без конца о том, что мир все больше не любит евреев потому, что он все больше не любит Израиль. Скорее всего, именно это имел в виду посол Бельгии, заявивший мне, что антисемитизм в его стране прекратится тогда, когда бельгийцам не придется смотреть по телевизору, как израильские евреи унижают и подавляют палестинских арабов!

       Разумеется, Государство Израиль не может быть причиной феномена, возникшего за тысячи лет до провозглашения его независимости. Однако не может ли оно считаться причиной современного антисемитизма? Как ни крути, а именно Израиль пребывает сегодня в центре шторма юдофобии, в особенности юдофобии арабской.Бурный рост объема антисемитских материалов, распространяемых государственными СМИ арабских стран - это достоверный факт. Арабские пропагандисты, журналисты и "ученые" используют сегодня те же самые методы и тот же самый лексикон демонизации еврея, которыми пользовались в течение столетий европейские антисемиты. Евреев называют убийцами Христа, обвиняют их в отравлении неевреев, возобновляют кровавые наветы - весь набор. Удивительно, но в регионе, где очень мало христиан, застарелые отвратительные элементы христианского антисемитизма переживают сегодня бурный расцвет.

       Взять один пример: в феврале этого года правительство Египта (страны, находящейся в мире с Израилем!) разрешило демонстрировать на своем телеканале телесериал на базе... "Протоколов Сионских мудрецов"! Чтобы гарантировать высокий рейтинг, первую серию этой эпопеи клеветы в 41 частях показали в вечер окончания поста Рамадан. Арабские спутниковые сети ретранслировали сие творение десяткам миллионов зрителей по всему Ближнему Востоку. А в этом году государственное телевидение Сирии "порадовало" зрителей новым сериалом на ту же тему, который побил рекорды как египтян, так и нацистов...

       Связь между Израилем и антисемитизмом хорошо заметна и в Европе. Как характер, так и временные рамки нападений на евреев европейских стран имеют четкие антиизраильские мотивы, да и вся мутная волна антисемитизма, поднявшаяся после начала кампании палестинского терроризма в сентябре 2000 года, достигла пика после того, как Израиль провел операцию "Защитная стена" в конце марта прошлого года - месяца, который унес жизни 125 израильтян.

       Несмотря на то, что физическое насилие против евреев в Европе является монополией мусульман, европейские элиты обеспечили большую часть культурных и риторических нападок. Итальянская газета "Ла Стампа" опубликовала карикатуру, на которой младенец Иисус, лежащий перед израильским танком, умоляет "не дать им распять меня снова". Постоянные сравнения Ариэля Шарона с Адольфом Гитлером, израильтян и нацистов, палестинцев и еврейских жертв Катастрофы - дело рук университетских профессоров и образованных публицистов, не темных хулиганов. Не кто иной, как нобелевский лауреат Хозе Сарамаго объявил, что отношение Израиля к палестинцам "можно сравнить с тем, что произошло в Освенциме". Британская карикатура, на которой Шарон пожирал палестинских младенцев, была признана "лучшим образцом жанра"!

       Центральная роль Израиля в оживлении антисемитских настроений отчетливо заметна и на международной арене. Спустя год с начала нынешней волны арабского террора, после того, как сотни мирных граждан Израиля погибли в автобусах, дискотеках, пиццериях, в Дурбане (ЮАР) открылась под эгидой ООН "Конференция против расизма", быстро превратившаяся в антисемитскую вакханалию. Еврейское государство обвиняли... да, пожалуй, во всех смертных грехах, от расизма и апартеида и до преступлений против человечества. Театр абсурда дошел до того, что евреев обвинили... в антисемитизме за "сионистские преступления против семитизма" палестинских арабов.Казалось бы, на фоне всего вышесказанного нетрудно установить, что именно Израиль является первопричиной антисемитизма. И тем не менее это чушь. Еврейское государство ничуть не более ответственно за сегодняшнюю юдофобию, чем его отсутствие - за юдофобию прошлого века.

       Чтобы аргументировать свою точку зрения, начну с простого наблюдения: граница между антисионизмом и антисемитизмом, которая и раньше была, скажем так, плохо размечена, сегодня стерлась совершенно. Израиль превратился в "мирового Еврея". Слышите кровожадный вой, который несется из мечетей Ближнего Востока? Они вопят "Смерть евреям!", не "Смерть израильтянам". В более цивилизованных кругах, публицист лондонской "Обсервер" гордо объявляет, что он не читает писем в поддержку Израиля, подписанных евреями, а "комиссия по жалобам" британской прессы не находит в его поведении ничего предосудительного. Увы, Оруэлл ошибся, когда в 1945 году писал с надеждой: "Совершенно немыслимо, чтобы антисемитизм когда-либо получил признание в Англии"!

       Обратим внимание на всю "механику" дебатов вокруг Израиля. Веками антисемитские настроения проявлялись прежде всего в двойных стандартах - социальное поведение, не вызывающее возмущения "у своих", превращается в повод для коллективного осуждения евреев как группы. Такими же двойными стандартами пользуются сегодня клеветники Израиля. Демократическое Еврейское государство, а не десятки залитых кровью диктатур, подвергается регулярной порке Генеральной Ассамблеи ООН (примерно две дюжины резолюций в год). Израиль - не Куба, Северная Корея или Иран - стал темой трети всех постановлений комиссии ООН по правам человека (которую недавно возглавляла праведная Ливия). Поведение Израиля стало причиной единственной за всю историю совместной сессии государств-подписантов Женевской конвенции об обращении с военнопленными. Только израильской службе скорой помощи - Маген Давид Адом - отказано в членстве в Международной организации Красного Креста. Только израильских ученых бойкотируют в университетах и научных журналах. И это - только малая доля примеров.

       Идея о превращении Израиля в мирового еврея, а антисионизма - в суррогат антисемитизма не нова. В свое время ее четко сформулировал доктор Мартин Лютер Кинг: "Мой друг, ты говоришь, что не питаешь ненависти к евреям. Ты всего лишь "антисионист". Вот что я тебе скажу, и пусть эта истина гремит с горных вершин и отдается эхом в долинах по всей Б-жьей зеленой земле - те, кто критикует сионизм, имеют в виду евреев!"Но если Израиль - всего лишь мировой еврей, то красивая фраза "мир все больше не любит евреев, потому что все больше не терпит Израиль" превращается в бессмысленную тавтологию - мир не любит евреев, потому что не любит евреев. Мы опять ищем причину - почему?

       Остановимся ненадолго. Пусть антисемиты выскажутся сами за себя. Начнем издавна - с Амана. Того самого, с ушами, из пуримской Агады. Вот как он убеждал персидского царя в необходимости ликвидации евреев:

       "Есть один народ, рассеянный среди жителей всех провинций твоего царства, чьи законы отличаются от законов других, этот народ не блюдет законов царя, и посему нет смысла царю терпеть их".Это - отнюдь не единственный древний источник, свидетельствующий о главном - непоправимой обособленности евреев, их отрицания морали и поведения большинства как основной причины ненависти к ним. Уже после того, как Эллинизм распространился по всему Средиземноморью и за его пределами, древнеримский историк Тацит писал:

       "Среди евреев, все то, что нам свято, считается нечестивым, а то, что нам противно, для них желательно. Они ненавидят всех остальных, как врагов. Они не едят и не женятся с гоями. Они ввели обрезание, чтобы показать свое отличие от других, и считают преступным убивать новорожденных".Греческий историк Филострат писал спустя век:

       "Евреи восстали не только против Рима, но против всего человечества. Это раса, живущая раздельно и непримиримо. Она не может разделить с другими удовольствие трапезы и святость молитв и жертвоприношений, и большее расстояние отделяет ее, нежели нас и дальние Индии".

       Отвергли ли евреи ценности древнего мира, или же это просто фантазия их врагов? Хотя многие обвинения в адрес евреев были клеветой - они, разумеется, не приносили гоев в жертву, как утверждал грек Апион - часть из них опирались на факты. Евреи действительно против смешанных браков. Евреи действительно отказывались поклоняться чужим богам. Евреи на самом деле объявили умерщвление новорожденных преступлением.

       Отдельные евреи (их было, кстати, не так мало) увлекались культурой эллинизма, но большинство осталось в стороне. Более того, евреи были единственным народом, который бросил серьезный вызов греческой системе моральных ценностей. Еврей был воплощением "другого" в древнем мире - "другой", который убежден, что иудаизм представляет не просто иной образ жизни, но, говоря простыми словами, Истину. Еврейская традиция утверждает, что Авраам был избран патриархом новой нации только тогда, когда разрушил идолов в доме своего отца. Его потомки продолжали отрицать языческий мир, окружавший их, поднимая знамя единобожия и отказываясь (как другие народы) подчинить свои верования религии завоевателей.

       То, что евреи отрицали систему ценностей древнего мира, конечно, не оправдывает антисемитские преследования, однако выводит антисемитизм из мира фантазий и превращает его в конкретное столкновение ценностей и идей. С появлением на мировой арене христианства, которое евреи отвергли столь же решительно, этот конфликт меньшинства и большинства многократно усилился. Отказ народа "ветхого завета" принять "новый" был истолкован как угроза самой легитимности христианства, требующая агрессивного и немедленного ответа.

       Заклеймив евреев как "христоубийц" и "детей дьявола", христианская церковь начала систематическую пропаганду дискредитации иудаизма и его последователей. Обвинения в святотатстве, ритуальном убийстве, отравлении колодцев наслаивались веками одно на другое, добавляя масла в огонь ненависти. Чем сильнее была церковь, чем шире распространялось христианство, тем дальше распространялась антисемитская пропаганда по планете, попадая даже туда, где никогда не ступала нога еврея.

       Ряд христианских мыслителей оправдывала преследование слабых и бессильных евреев "божественным возмездием" за отказ евреев признать Иисуса. Эта санкция свыше регулярно повторялась в истории, в особенности теми, кто пытался убедить евреев признать высшую истину христианства - и потерпел неудачу. Классический пример дает Мартин Лютер - поразительный филосемит в молодости, протестовавший против католического антисемитизма, Лютер превратился в заклятого врага евреев, когда понял, что они отрицают и его новую форму христианского вероучения.

       Такое отношение к еврейской проблеме не осталась монополией христиан. Мухаммед тоже надеялся обратить в свою веру еврейские общины Аравии - ради этого он вначале включил явные элементы иудаизма в ислам (молитву в направлении Иерусалима, пост на Судный день и т.п.). Когда же евреи отказались принять его закон, Мухаммад обрушился на них с яростью и проклятиями, весьма похожими на слова отцов церкви: "Унижение и несчастия обрушились на них, и поразил их гнев Аллаха, потому что не поверили они в откровение Его и убили пророков неправедно".И в этом случае мы вправе спросить - верно ли это изображение еврейского упрямства? Естественно, евреи не пили кровь младенцев, не травили воду, не оскверняли христианских святынь и не совершали ни одного из кошмарных преступлений, приписываемых им. Более того, поскольку многие учения христианства и ислама просто списаны с иудаизма, вряд ли евреи отвергли их. Но если отрицание христианского или исламского мира означало отрицание чужой веры, "вина" евреев, сохранивших верность своей религии и своему образу жизни, действительно налицо.

       Эпоха становления национальных государств принесла с собой, казалось бы, принципиально новую форму антисемитизма. На протяжении столетий, хотя бы в теории, евреи могли легко избавиться от преследований и дискриминации - греки, римляне, христиане и мусульмане с радостью принимали "выкрестов", готовых принять образ жизни большинства. Новое время сделало этот выбор бессмысленным - вне зависимости от степени ассимиляции и верности иудаизму, еврей стал объектом преследования, погромов и геноцида. Ужасы преследований ассимилированных евреев Западной Европы вызвали к жизни теорию, в соответствии с которой еврейская эмансипация не только не покончила с антисемитизмом, но, напротив, воспламенила его.

       Чем это объяснить? В Средние века, между евреями и гоями существовал консенсус относительно определения "еврейства" и путей избавления от него: речь шла о принципах веры и морали, определявших социальное поведение. В современном мире значимость еды, которую ест или не ест еврей, и молельного дома, в который он ходит или не ходит, существенно снизилась. Современный еврей рассматривался уже как рожденный еврейской нацией (или расой), коллективные ценности которой "запрограммированы" самим фактом его рождения. Ассимиляция и смена веры могут замаскировать это базисное отклонение от нормы, но не ликвидировать его.

       Хотя такие идеи бытовали и ранее, современный еврей столкнулся с гораздо большими трудностями в своих попытках убедить других, что он способен преодолеть свое еврейство. Несмотря на рост светских настроений и общей открытости европейского общества, которые должны были бы упростить и ускорить процесс ассимиляции, евреи Нового времени обнаружили, что им гораздо сложнее стать "настоящими" французами или немцами, нежели их предкам - "настоящими" эллинами, римлянами, христианами или мусульманами.

       "Новшество" современного антисемитизма, таким образом, состоит не в том, что евреев объявили врагами человечества. Замечание Гитлера в "Майн Кампф" "куда бы я не пошел, я везде видел евреев, и чем больше евреев я видел, тем яснее становилось мне их отличие от остального человечества" ничем не отличается от высказываний того же Филострата 1700 лет ранее. Новшество состояло лишь в том, что еврею современности стало намного сложнее, зачастую просто невозможно перестать быть врагом человечества.

       Таким образом, чем глубже исследование, тем яснее сходство современного и исторического антисемитизма. Современный еврей мог не думать, что он отвергают окружающий их общественный порядок, но его враги с ним не согласились. В своем отношении к евреям европейский национализм "крови и почвы" только добавил новый, более смертоносный слой ненависти на фундамент религиозного предрассудка. Как и в древности, евреи остались "другими", отрицающими освященное устройство общества - неважно, насколько они ассимилировались!

       Осталось ли в этом обвинении против современного еврейства хоть какое-то зерно правды? Унизительная необходимость заставляет нас раз за разом напоминать, что там, где евреи получили такую возможность, они старались быть примерными гражданами, демонстрируя поразительные способности ассимиляции. Идея, будто в силу случайности рождения, расы, веры еврей является непримиримым врагом государства или нации была изначально абсурдна, как и прочие "современные" нападки на евреев - они не контролируют финансы, не правят прессой, не манипулируют правительствами и не плетут заговоры.

       Однако "органическая неспособность евреев смириться со статусом-кво" - не только плод фантазии антисемитов. Раз за разом евреи демонстрировали, что они способны с невероятной решимостью и настойчивостью отстаивать те или иные "великие" идеи и интересы - временами и интересы собственного народа. Это влекло за собой (в особенности в обществе, пораженном нетерпимостью) явный и очевидный конфликт между этими евреями и доминантной идеологией, пробуждая заново дракона антисемитизма. Пример советского еврейства в этой связи очевиден, именно потому что декларированная цель коммунизма состояла в ликвидации всех наций, народов и религий и создании нового единого мира и нового человека. Как известно, немалое число евреев, в надежде освободить человечество и себя, приняли эту идеологию на веру. После большевистского переворота такие евреи доказали свою преданность советскому режиму словом, делом и кровью.Однако и здесь ощущение неистребимой чуждости еврея, восприятие еврея как "другого" доказало свой убийственный характер. Для Сталина и его банды все евреи, даже самые лояльные коммунисты, оставались в роли подозреваемых - "идеологических иммигрантов". Советский режим объявил войну всем нациям и религиям, попавшим под его сапог, народы подвергались депортации, целые социальные классы уничтожались, миллионы голодали и десятки миллионов погибли. Однако спустя десятилетия, после того как сталинский террор уступил место хрущевской "оттепели", выяснилось, что только один национальный язык - иврит - остался под запретом в СССР, только один народ - евреи - был лишен права на национальные школы, только для одной группы - евреев - "пятый пункт" стал основой санкционированной дискриминации.

       Евреи, как никто, остались под подозрением советских властей. Как они ни старались, им вскоре стало ясно, что присоединиться к большинству через "великое социалистическое предприятие" так же трудно, как через ассимиляцию в национальных государствах капиталистического Запада. Но история неудачных попыток советских евреев слиться с коммунизмом - это только часть еврейского опыта в СССР, и те, кто останавливаются на этом, не только грешат против истины, но и упускают из виду суть антисемитизма, который, при всей своей извращенной логике, почти всегда реагирует на подлинные качества своей жертвы.

       Несмотря на то, что на заре большевизма в его ряды влилось диспропорционально большое число евреев, подавляющее большинство евреев Российской империи отвергли большевиков. Более того, когда пришло время, евреи сыграли опять-таки диспропорциональную роль в разгроме коммунизма. В середине 60-х годов, когда доля евреев в населении СССР существенно сократилась, они уже составляли значительную часть "демократической оппозиции". Посетитель Гулага тех лет удостоверился бы, что евреи широко представлены среди "политических" и "экономических" преступников. Наконец, в 70-е годы евреи были первыми, кто осмелился бросить национальный вызов режиму, причем публичный, массовый, когда десятки тысяч человек открыто требовали позволить им покинуть тоталитарный "совок".

       Так что утверждение советских антисемитов о том, что "еврейское мышление" и "еврейские ценности" противоречили нормам советского поведения, не так уж и лишено оснований, и демонстрирует общность "красной" и любой другой юдофобии. То, что у антисемитизма есть реальная причина, не делает его менее отталкивающим - только более конкретным.

       И так мы возвращаемся в сегодня, к ненависти, сфокусированной на государстве Израиль. Эта страна - мировой еврей - отличилась тем, что бросила вызов сразу двум системам политики и морали - арабско-мусульманской и европейской. С противостоянием арабскому миру все, в общем, ясно; противостояние Европе понять сложнее.

       Принципы, по которым живут народы Ближнего Востока, сформировались под воздействием двух сил - исламского фундаментализма и авторитарного правления. В глазах исламистов, любое неисламское государство (в том числе и светское мусульманское) лишено права на существование, и еврейский суверенитет на территории, определенной как "дар аль-Ислам" (земле, которая принадлежит мусульманам) представляет собой сильнейший раздражитель, с которым не может быть компромиссов.

       В глазах светских арабских режимов, евреи Израиля представляют не меньшую опасность в свете общества, которое они осмелились построить - свободная, продуктивная демократия оскорбляет и обвиняет коррумпированных автократов, окружающих ее. Еврейское государство воплощает собой все те опасные свободы, которые угрожают исламской цивилизации и тираническим режимам арабских стран. Именно поэтому и в мечетях, и в государственных газетах евреи превратились в символ угрозы со стороны демократического, материалистического, "неверного" Запада, темную силу, толкающую Америку на конфликт с исламом.

       Такая мотивация ближневосточного антисемитизма объясняет, почему в этом регионе (в отличие от Европы, как мы вскоре увидим) уровень антисемитизма не снизился с началом "мирного процесса" и соглашений Осло, а напротив, подскочил. Успех мирного процесса - подлинное примирение арабов с Израилем, распространение политической свободы в арабском мире - означал бы крушение исламской мечты об очищении Ближнего Востока от еврейской скверны и крах арабских диктатур.

       Поэтому, пока в 90-е годы демократический мир, включая Израиль, наивно праздновал "новый рассвет", школы Газы, учебники Рамаллы, газеты Египта и телеканалы Саудовской Аравии правдиво отражали подлинные настроения арабского мира. Показательно, что пиратские копии книги Шимона Переса "Новый Ближний Восток", декларировавшей приход новой эры свободы рынка и свободы идей, продавались в Египте с предисловием, объяснявшим, что эта "библия ближневосточного миротворчества" доказывает истинность "Протоколов Сионских мудрецов" - евреи действительно намерены властвовать над миром!

       В Западной Европе, однако, репутация Израиля и евреев претерпела с годами ряд перемен. До 1967 года свежая память Катастрофы и имидж Израиля как государства маленького, слабого, борющегося за свое существование помогали еврейскому государству если не снискать любовь европейских правящих классов, то хотя бы избежать жесткой критики. Все изменилось в июне 1967 года, когда маленький Израиль одержал прямо-таки чудесную победу над своими арабскими врагами, и жертва превратилась в агрессора. Изменения в настроениях европейских элит хорошо иллюстрирует анекдот о том, как Жан-Поль Сартр подписал перед войной петицию в поддержку Еврейского государства. После войны он возмущенно заявил активисту, убедившему его поставить свою подпись: "Вы же обещали мне, что они проиграют!"

       Прошли десятилетия, прежде чем слово "оккупация" вошло в мировой лексикон, но враждебность европейских левых и отчуждение европейских правителей родились уже тогда. Ими двигали, конечно, материальные интересы - необходимость снискать доверие нефтяных режимов арабского мира, позднее - пресмыкание перед избирателями арабского и мусульманского происхождения в своих собственных странах. Однако был в отрицании Израиля и идеологический элемент.

       Именно в это время в Европе распространились, как зараза, "антиимпериалистические", пацифистские и "освободительные" настроения, раздуваемые и финансируемые Советским Союзом. В этой политической культуре, на этом жаргоне международной дипломатии Израиль не мог быть определен иначе, чем "колониальная" и "империалистическая" держава, "гегемон" и "угнетатель".

       Если до 1967 года антисионистские резолюции, предлагаемые в ООН арабами и их советскими спонсорами, не пользовались поддержкой демократических стран, то с этого времени все больше и больше стран Запада присоединялись к хору осуждения. В 1974 году Ясер Арафат, возглавивший террористическую кампанию уничтожения государства-члена ООН, был приглашен выступить перед Генеральной Ассамблеей. Еще через год это высокое собрание приняло позорную резолюцию "Сионизм=расизм", а в 1981 израильская бомбардировка иракского ядерного реактора подверглась единодушному осуждению ООН (включая и США).

       Затем в начале 90-х ситуация вновь изменилась. Несмотря на непрекращающийся поток антиизраильских резолюций, продолжающийся двойной стандарт, на мировой арене начались позитивные перемены - позор 1975 года был смыт и 65 стран восстановили отношения с Израилем.Что произошло? Высохла арабская нефть? Нет, просто Израиль смирился - сначала в Мадриде, потом в Осло, сначала неохотно, потом с воодушевлением - с общим умиротворенческим этосом международной политики. Протянув руку мира террористической организации, поклявшейся его уничтожить, Израиль согласился создать диктатуру у своего порога, продолжая "мирный процесс" невзирая на все растущее число убитых и раненых евреев.

       Такой конформизм, такая готовность подчиниться диктату морали большинства принесла временные плоды не только Израилю, но и еврейскому народу в целом. В 90-е годы число антисемитских инцидентов на планете упало до самой низкой точки со времен Катастрофы. Пока евреи всего мира чувствовали результаты повышенной терпимости к "мировому еврею", организации, созданные для борьбы с антисемитизмом, начали даже провозглашать окончательную победу и менять направления своей работы.

       Конечно же, эта фантазия не могла долго продолжаться. Летом 2000 года в Кэмп-Дэвиде Эхуд Барак предложил палестинцам практически все, что (как казалось мировому сообществу) требовало от Израиля их руководство. Предложения Барака были немедленно отвергнуты, Арафат начал свое "восстание", Израилю пришлось защищаться - и европейские аплодисменты стихли, как по команде. Многие евреи не могли понять, что происходит - разве Израиль не сделал ради мира все, что мог? Увы, все было достаточно ясно. Европа не изменилась - это "мировой еврей", еврейское государство, отказавшись взять на себя ответственность за "возобновление цикла насилия", нарушил принятые нормы поведения. И вскоре мировое еврейство, безотносительно к тому, поддержало оно Израиль или нет, стало ассоциироваться в глазах остального мира с еврейским государством и его дурным поведением.

       Кстати, описанный выше процесс не уникален для Израиля. Мировая сверхдержава - США - подвергается в последнее время осуждению мирового общественного мнения за то же самое преступление: отказ признать и принять фальшивые ценности так называемого "международного сообщества". Стоило президенту Бушу объявить о намерении ликвидировать тиранию Саддама, как в десятках стран тысячи демонстрантов бросились на улицы, провозглашая свое возмущение нежеланием Америки делать то, что ей говорят, и вести себя так, как надо. Буш, а не багдадский мясник, был объявлен "злейшим врагом человечества". Казалось бы, необъяснимо - Саддам травил газом своих подданных, напал на своих соседей, искал пути вооружиться оружием массового уничтожения! Но демонстранты не восхваляли достоинства Саддама - они разоблачали грехи и преступления Америки, и лозунги сборной команды антикапиталистов, антиглобалистов, радикалов и поборников Третьего мира не имели отношения к военной операции в Ираке. Речь шла о столкновении не тактик, но ценностей.

       Американские историки и публицисты заметили, вскоре после трагедии 11 сентября, что, помимо обсуждения причин ненависти к США в исламском мире, им нужно задуматься и о причинах ненависти к Америке в "старой Европе". Казалось бы, две эти тенденции должны иметь разные причины - что общего может быть у страха за будущее исламской цивилизации перед лицом западной свободы и у постмодернистской европейской идеи-фикс о мире, управляемом разумом, компромиссом и всеобщей терпимостью? Исламский фундаментализм непримирим и кровожаден; Европа миролюбива и склонна к компромиссам. В сегодняшней пацифистской, постнациональной, антигегемонистской Европе концепция вроде "Ось Зла" и не могла найти понимания, а уж тем более непопулярна идея настоящей конфронтации с режимами этой самой "оси зла".

       И тем не менее, несмотря на все различия, есть общий знаменатель у европейского и мусульманского антиамериканизма, сближающий их с антисемитизмом. Как и Народ Израиля, Америка воплощает собой другую, нонконформистскую идею Добра, и не намерена отказаться или поставить под сомнение ясность своих моральных ценностей, своего образа жизни, своих институтов. Напротив, взвалив на себя бремя войны против зла терроризма, американский народ доказал свою решимость не только защищать блага свободы для себя, но и нести ее знамя туда, где свобода до сих пор остается словом ругательным.

       В этом позитивном смысле мы снова находим общие черты между Израилем, еврейским народом и Соединенными Штатами. Евреи издавна полагают, что они призваны сыграть особенную роль в истории, нести, по слову пророков, "свет народам". Горячие споры ведутся вокруг смысла этого предназначения, и много ошибок и вреда причинили те, кто истолковывал его в своих интересах. Тем не менее за 4000 лет универсальное мировоззрение и моральные принципы еврейского народа не только гарантировали его выживание, но и вызвали к жизни мощные силы Добра, вдохновляя миллионы на борьбу за справедливость - и вызывая у других злобу, неприятие и непримиримую вражду. Основатели Соединенных Штатов, взяв на вооружение ценности Библии, видели в создаваемом ими принципиально новом обществе "город на холме", пример народам. Америка, где не прекращается дискуссия о роли страны в мировом порядке, сумела превратить этот идеал в источник распространения добра и справедливости - несмотря на неприятие и злобу, которую они вызвали к жизни.

       Когда мы решаем противостоять, а не склониться перед злом и враждой, нам служит источником силы пример других. От Сократа до Черчилля и Сахарова, уникальные личности, их героизм и самопожертвование укрепляли решимость народов защищать добро от зла. Однако история была достаточно щедра, чтобы обеспечить человечеству пример того, как один народ - евреи - может нести сквозь тысячелетия факел человеческой свободы под сенью Г-спода, а другой - американцы - действуя в соответствии со своими убеждениями, всего за одно столетие остановил и победил самые страшные диктатуры, которые когда-либо видел земной шар.

       К счастью для Америки и для всего человечества, Провидение одарило США мощью, соответствующей силе ее идеалов. Еврейское государство - это всего лишь маленький островок в бушующем море, и его гражданам понадобится каждая капля сил для того, чтобы противостоять угрозам будущего. Именно наше упорство быть другими, несмотря на столетия страданий, притеснений и шантажа, вселяет в меня уверенность, что и на этот раз мы переживем наших врагов. Помните тот старый анекдот? "Рабинович, что вы имеете в виду? - Я? Ничего. Поживем - увидим"...


Перепечатки разрешаются только со ссылкой на источник
 
Copyright © 2001-2022 www.RusNetUsa.com